Arts
ENG
Search / Поиск
LOGIN
  register




Интервью
Interview
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z #


Jon Oliva's Pain



На пределе возможностей



Prologue
С некоторыми музыкантами интересно поговорить лишь один раз, а когда предоставляется шанс следующего интервью, выясняется, что спросить-то больше и не о чем. Но существуют и такие собеседники, с которыми можно общаться бесконечно. Могучий Джон Олива, фронтмен Savatage и лидер собственной группы, определенно относится к этим редким людям. У него всегда есть, что сказать, в ответ на любой вопрос, а за 25 лет его музыкальной карьеры таких вопросов набралось очень много. На этот раз наше внимание было в основном сосредоточено на новом альбоме Jon Oliva’s Pain “Maniacal Renderings”, но, конечно же, творчество таких групп как Savatage и Trans-Siberian Orchestra не могло остаться не затронутым…
Jon Oliva's Pain
“Maniacal Renderings” вновь получился весьма мрачным и агрессивным произведением, гораздо мрачнее, чем многие альбомы Savatage. Что заставляет тебя писать настолько злую музыку, особенно когда у тебя есть семья, дети, а за плечами много лет успешной творческой карьеры?

Этот альбом, как мне кажется, отражает мою темную сторону. Он рассказывает о многом, что происходит сейчас в мире, а ведь это совсем не весело. Для меня не составляет большого труда написать новые тексты (смеется), поскольку на планете каждый день случаются какие-то ужасные события. Это бесконечное поле для творчества.

Значит, ты интересуешься политикой и регулярно смотришь новости?

Ну, я стараюсь. В моей жизни много времени занимают путешествия, а в большинстве мест, где мы останавливаемся, из развлечений есть только канал CNN. Так что я довольно пристально слежу за ситуацией в мире.

Твой предыдущий альбом “Tage Mahal” (2004) был прямым продолжением музыкальной линии Savatage, но новый диск охватывает более широкий круг жанров. Это было сделано намеренно, ты специально хотел, чтобы эта работа была несколько другой, или все получилось само собой?

Когда писался материал для первого диска, я сразу дал всем понять, что это будет обычный альбом, то есть, альбом с той музыкой, которую от меня и ждут. Это была весьма прямолинейная работа. И когда я давал интервью в то время, я сказал очень многим журналистам, что следующий диск будет более экспериментальным и более глубоким, потому что у меня не только появится больше времени на написание материала, но и с ребятами из группы я буду играть вместе уже год, я намного лучше их узнаю. Собственно, все так и произошло. Мы выпустили первый диск, провели турне в его поддержку, и за это время я значительно лучше сработался со своими музыкантами. Когда пришло время писать новые песни, у нас выработался совершенно другой подход. Я был абсолютно уверен во всем и во всех, и это нам очень помогло. На этот раз для подготовки материала мы потратили намного больше времени, чем обычно, где-то в три раза больше, чем для первого диска. Мне кажется, что это тоже очень повлияло на качество новых песен, они все очень хорошо проработаны. По крайней мере, мы знали, что именно делать, когда вошли в студию, все уже довольно хорошо представляли себе сами песни. Первый альбом, в этом смысле, был намного более скомканным, поспешным. Но так уж заведены правила музыкального бизнеса – иногда у тебя есть достаточно времени, иногда гораздо меньше, и главное – это выжать из себя максимум в любой ситуации. На этот альбом я хотел потратить больше времени, чтобы сделать его в некотором роде особенным.

После прослушивания нового альбома у нас создалось впечатление, что твои музыкальные корни лежат в творчестве The Beatles и Pink Floyd. Насколько правильна эта догадка?

О, The Beatles - определенно, они оказали на меня самое большое влияние. Что же касается Pink Floyd, то я большой поклонник и этой группы тоже. Ну, возможно, не такой уж и большой, я бы сказал, что Pink Floyd наверняка войдут в список двадцати моих любимейших команд, но они точно не попадут в пятерку самых лучших. Есть и другие коллективы, которые оказали на меня намного большее влияние. Что же касается альбома – да, можно услышать некоторые сходства, но это нормально для современной музыки. Все, что бы ты не сочинил, будет сравниваться с чем-либо – “Эй, это звучит, как Creedence Clearwater Revival!” (Хихикает). Но разве можно здесь что-то ответить? В любом случае, сравнения с этими двумя группами – огромная честь для меня, так что я совершенно не против.

На многих песнях “Maniacal Renderings” соавтором указан твой покойный брат Крисс Олива. Не мог бы ты рассказать, как проходила работа над его сочинениями? Ты сильно изменял первоначальные идеи Крисса или же в большинстве оставлял все нетронутым?

Однажды моя жена нашла в коробке из-под обуви кучу кассет, которые каким-то образом потерялись. Вы знаете, я переезжал с места на место довольно часто, на самом деле, я и сейчас нахожусь в процессе очередного переезда. (Смеется). Так вот, мы откопали большую коробку, которая была заполнена старыми ботинками, сапогами и еще всяким хламом, и на дне мы обнаружили парочку закрытых и запечатанных обувных коробок. Одна из них оказалась доверху забита старыми кассетами. Когда Крисс был жив, мы всегда записывали наши музыкальные идеи на кассеты, и потом, на совместных репетициях, мы обменивались ими – он давал мне свои, а я ему - мои. Затем мы шли домой и пытались доработать материал друг друга. Кассеты, которые мы нашли, он давал мне в течение нескольких лет, я думал, что уже давно потерял их, так что когда я их слушал, то не мог вспомнить ни одной из содержавшихся там мелодий. (Смеется). Конечно же, значительную часть материала мы уже использовали для Savatage, но также я обнаружил там кучу разных риффов и небольших 30-секундных или минутных кусочков, которые так и остались недоработанными. Я начал слушать некоторые из них и подумал: “Вот черт! Это потрясающе! Почему бы мне не попробовать написать песни на основе этих риффов или использовать их, чтобы завершить работу над моими новыми вещами, в точности как мы делали когда-то давным-давно? Это прямо как будто сам Крисс станет частью коллектива, как будто он напишет новый материал вместе со мной.” И в результате эта идея прижилась и пришлась весьма кстати. Это было весьма волшебное и вдохновляющее чувство, потому что некоторые из этих риффов подошли к новым песням как родные, именно в те места, которые я хотел изменить. Конечно, некоторое время пришлось над ними поработать, поменять некоторые тональности, кое-где ускорить темп, кое-где, наоборот, замедлить, но два или три кусочка вписались в общую картину вообще без изменений. Такое «попадание в десятку» меня даже несколько напугало, но в любом случае, получилось очень хорошо. Это первая работа со времен “Edge Of Thorns” (1993), на которой содержится музыка, написанная вместе мной и братом. Я думаю, что один этот факт делает наш новый диск достойным внимания любого фэна Savatage или Крисса Оливы, просто потому что вы услышите никогда ранее не издававшиеся риффы, которые даже я не помнил! (Смеется). Я уверен, что уже слышал их пятнадцать или двадцать лет назад, но сейчас они были для меня прямо как абсолютно новые. Так что можно сказать, что Крисс принимал участие в написании этого альбома. Я думаю, что это очень и очень классно.

Кстати, о гитаристах. Состав твоей группы теперь включает в себя второго гитариста Шейна Френча. Но почему он не начал работать с тобой раньше, ведь он играл с остальными музыкантами твоей группы еще в Circle II Circle?

Насколько я понимаю, у него в то время были другие важные дела. И, кроме того, у нас был второй гитарист, Джерри Аутло, который отыграл с нами на гастролях. Мне казалось, что мы с ним сработаемся, но во время репетиций и подготовки материала для нового альбома Джерри просто слетел с катушек. Не знаю что именно с ним произошло, но его постоянные ссоры со всеми музыкантами, какие-то споры по любому поводу, совершенно не способствовали спокойствию в группе. В итоге остальные ребята просто пришли ко мне и сказали: “Слушай, мы не можем так работать… Надо что-то придумать.” Мы приняли решение о смене гитариста, в это время Шейн оказался свободен, и мы сразу же заполучили его.

Ты сказал, что знаком со всеми музыкантами из своей группы долгое время. Как получилось, что все они изначально вошли в состав команды Зака Стивенса, твоего преемника в Savatage? Ты помогал ему собрать собственную группу?

Да, на самом деле именно я с самого начала предложил Заку всех музыкантов для его группы, поскольку они были моими друзьями. Заку требовались музыканты, которые могли поехать на гастроли, а я в это время не занимался ничем особенным, разве что работой над песнями Trans-Siberian Orchestra, так что я спросил ребят, не хотят ли они поработать в группе Зака. Они ответили: “Конечно!”, ну а потом поехали с ним в турне. Никто из них на самом деле не играл на альбоме (“Watching In Silence”, 2003), я думаю, только Мэтт ЛаПорте (гитарист) принял участие в записи. Ну так вот, они отыграли на гастролях, но не смогли найти общий язык с менеджером Зака. Им совершенно не нравилось как с ними обращаются. Я не хочу сказать абсолютно ничего плохого о самом Заке, он не имеет к этой проблеме ни малейшего отношения, все, что он делает – так это спит целый день, впрочем, как и большинство певцов. Но у ребят намечались серьезные проблемы с его менеджером, так что, как только тур был закончен, никто из них не был заинтересован в дальнейшей работе с Circle II Circle. Я лично узнал об этом через пару месяцев, и как раз в то время я решил собрать собственную группу, так что мне оставалось лишь сказать: “Ребята, если вы не хотите играть с Заком, я приглашаю вас поиграть со мной!” Они сразу согласились, и, собственно, вот так все и произошло. Я не крал у Зака его группу, он не увольнял их, просто люди не смогли уладить отношения с его менеджером. Я был очень рад заполучить их, поскольку они все – великолепные музыканты. Ну а у Зака теперь абсолютно новый состав, которым он очень доволен, и я тоже доволен своим составом, так что все счастливы, все обернулось хорошо.

Теперь у тебя в группе два гитариста, но, тем не менее, большинство гитарных партий для “Maniacal Renderings” ты записал самостоятельно. Почему?

На самом деле, большинство гитарных партий на новом альбоме записали я и Мэтт. Я играл на каждой песне, я сыграл множество соло на слайд-гитаре, все акустические партии, а также партии ритм-гитары на абсолютно всех вещах. Шейн сыграл только на трех песнях, он появился в студии в момент, когда работа над альбомом была уже почти завершена, так что нам просто не хватило времени для дополнительных записей с ним. Он исполнил несколько соло на композиции “Push It To The Limit”, и сыграл ритм-гитарные партии еще на паре вещей, я уже не помню точно каких именно.

В записи композиции “Reality’s Fool” в качестве гостей участвовали члены твоей семьи. Не мог бы ты немного рассказать об этой песне и столь интересном сотрудничестве?

Эту вещь я написал довольно давно. Я совершенно не знал, что с ней делать, потому что лично мне она нравилась, но совершенно не подходила для альбома. Но на свете есть такая замечательная вещь, как бонус-треки, и они как раз могут быть чем угодно, что только вздумается автору. На новом альбоме у нас три бонус-трека – это, собственно, “Reality’s Fool”, на которой мой племянник, Крисс Олива-младший, играет два первых гитарных соло, потом композиция “Only You”, которую так же можно найти на издании альбома в жестяной коробке, которое также включает в себя скрытый инструментальный трек “Pyramids And Mars”, который был написан Мэттом и Джоном Занером (клавишные). “Only You” и “Reality’s Fool” – это песни, которые я подготовил для одного американского художественного фильма. Я играл их пару раз на акустических шоу, и фэнам они очень понравились. Они подходили ко мне и говорили: “Ух ты, тебе обязательно надо записать акустическую вещь типа этой на следующем альбоме!” Я отвечал: “Ну, может быть, в качестве бонус-трека.” Потом я поговорил с лейблом и сообщил, что в любом случае должен записать эти песни для саундтрека к фильму. Мы приняли решение, что гораздо разумнее будет записать эти песни силами моей группы, чем отдавать их кому-то, кто может сыграть их в каком-нибудь «собственном прочтении», кроме того, лейбл сможет использовать эти вещи в качестве бонус-треков. Но с тех пор большое количество людей сказали мне, что это их самые любимые песни на новом диске. (Смеется). Вот так всегда и получается – ты хочешь, чтобы все были довольны, а потом понимаешь, что не доволен никто.

Не мог бы ты рассказать немного об этом фильме, над которым ты работаешь?

Я не могу сообщить его название, но могу рассказать, что встретил продюсера этого фильма в Мэдисон Сквер Гарден в прошлом году, когда мы давали там концерт с Trans-Siberian Orchestra. Он и является инициатором этого пока секретного проекта, в котором будут сниматься большие звезды – на самом деле, я не могу особенно об этом распространяться, поскольку не все договоры на съемки уже подписаны. Могу сказать только, что фильм должен выйти в 2008 году, и это довольно внушительный проект с большим бюджетом. Продюсер – большой поклонник Trans-Siberian Orchestra, он любит мои песни в стиле The Beatles, поэтому он и попросил меня сочинить для фильма парочку песен в стиле современного Джона Леннона. Эти две песни были написаны именно под влиянием музыки Джона, я хотел, чтобы у меня получилось спеть, как он. Продюсеру очень понравился результат, и как только все договоры будут подписаны и проблемы решены, я думаю, последует анонс, где будет сообщена дата выхода картины, и кто точно в ней будет сниматься. В данный момент я больше ничего не могу
Jon Oliva's Pain
сказать.

Ну, тогда позволь нам задать довольно тривиальный вопрос: почему новый альбом получил название “Maniacal Renderings”?

На самом деле, название придумал наш басист Кевин. Однажды он зашел в репетиционный зал, а мы в тот момент работали над песней, которая в результате стала заглавной - “Maniacal Renderings”. Он сыграл басовый рифф, который открывает песню, и я, или кто-то другой сказал: “Это получилось довольно-таки маниакально!” Вот так мы обрели первую часть названия, ну а “renderings” – это что-то типа “мыслей вслед”, чтобы песня могла оставить какой-то след в истории, чтобы ее могли услышать и понять слушатели. Вот так мы придумали название “Maniacal Renderings”, и всем оно пришлось по душе.

А какой смысл несет обложка альбома?

Обложка была моей идеей. Я хотел изобразить на ней что-то, что, на мой взгляд, представляло бы зло и добро. Ангел – это посланец сил добра, и, как вы можете видеть, он привязан к стулу колючей проволкой, а его глаза всегда открыты, ресницы пришпилены гвоздями, так что это символ того, как добро проигрывает силам зла вокруг. Эта тема вообще проходит красной линией через весь альбом, например, в таких песнях как “Evil Beside You”, “Timeless Flight” или “End Times”. Это была именно та картина, которую я хотел увидеть на обложке нового альбома изначально. Первое, что пришло мне в голову – образ ангела, привязанного к стулу, вынужденного смотреть на триумф насилия и зла вокруг, без единого шанса спастись или убежать. Вы когда-нибудь смотрели фильм “Заводной Апельсин”? Вот оттуда я взял эту идею – парня посадили в кресло и начали показывать все эти жуткие фильмы, а чтобы его глаза не выскочили из орбит, ему зафиксировали ресницы. (Смеется). Я просто хотел изобразить что-то вызывающее ответную реакцию. Сама обложка – реальная фотография, это не рисунок, для нее был нанят актер и сделаны декорации. Единственное, что здесь нарисовано – это духи, которые витают в воздухе, они должны символизировать определенные песни на альбоме. Если вы присмотритесь к ним повнимательней, вы можете заметить силуэт ведьмы и еще кое-что.

В песне “Playing God” ты поешь: “Глобальная война на горизонте”…

Да, конечно! Нужно быть совершенно слепым, чтобы не видеть этого. Принимая во внимания все эти события в Корее, в Иране, в Америке, абсолютно везде, становится очевидно, что обязательно найдется какой-то придурок, который «сделает ход» первым. И все остальные должны будут на него ответить, разве нет? Судя по тому, что я слышал и видел, я могу точно сказать, что этих ребята ни перед чем не остановятся. Сидеть спокойно и говорить: “Oй, да они никогда не нажмут на красную кнопку,” на мой взгляд, глупо. Уже давно видно, что конец ближе, чем мы думаем. Это одна из причин, по которой я поставил в конце альбома именно песню “End Times” – люди знают, что происходит в мире, но они все равно пытаются нажиться на страданиях остальных. Они хотят процветать, даже несмотря на то, что на горизонте конец света, они продолжают грабить людей, нагло красть их деньги, лгать им о Боге – “Господь спасет тебя, но только если ты будешь перечислять на мой счет пятьдесят тысяч долларов в год.” (Смеется). Это так глупо, и, к сожалению, однажды мы все заплатим по счетам.

Ты думаешь что человечество обречено, или у этого мира все-таки есть шанс измениться к лучшему?

Я думаю, что шанс есть всегда, но в данном конкретном случае он весьма невелик. Я вижу, как у многих таких псевдо-проповедников появляется множество последователей. Я вижу, как Америка сейчас разделена на две равные части. Половина страны думает, что нам вообще не следовало совать свой нос в Ирак, вторая половина думает в точности наоборот. Это вызывает большие трения даже внутри нашей собственной страны. Войны никогда не решали никаких проблем, единственный их итог – это небольшое уменьшение населения земли за счет постоянных жертв. Но мы не нашли лекарство от СПИДа или рака с помощью войны, мы не накормили голодающих с помощью войны, ведь единственная цель всех войн – отстаивать и насаждать свои религиозные убеждения. Вокруг этого все и вертится – “если ты не веришь в моего Бога, то ты должен умереть!” И я думаю, что это настоящее безумство! (Горько усмехается). Поверьте мне, на нашей планете достаточно места для всех, я объехал ее двадцать пять раз. Каждый просто должен сосредоточится на своих собственных делах, заниматься своими проблемами, жить в мире и спокойствии. Мы все равно умрем, рано или поздно, поверьте мне. Нет смысла ускорять этот исход.

На новом альбоме ты много пишешь о религии, Боге и Иисусе, гораздо больше, чем на любом другом альбоме с твоим участием. Все знают, что ты уже написал такие потрясающие песни, как, например, “Believe”, но что заставило тебя написать так много текстов о вере и Боге на этот раз?

Я не знаю, может быть, у меня давно назревала потребность высказаться на эту тему. Композиция “The Answer” появилась у меня еще пару лет назад, но я боялся выпускать ее, потому что люди неправильно поймут строчки: “Иисус, покажи мне ответ / Твой образ в тумане, твой лик исчез”. Но я говорю о моем видении того, что люди сделали с Иисусом – все злодеяния скрыли образ Бога в тумане, а его лик давно померк. Это просто мои размышления, я высказываю свои мысли, ощущения, те, которые я считаю нужным озвучить. На самом деле я не сижу в студии и не говорю себе: “Так, а сейчас я напишу песню о том, как прошу Бога показать мне путь.” Из меня просто вышли эти слова, и я записал их. (Смеется). Я не размышлял об этом всерьез, пока не перечитал написанное. И только тогда я понял: “Мда, это довольно резко!” Мне понадобилась пара лет, чтобы набраться смелости выпустить эту песню. И сейчас я рад сделанному, потому что это по-настоящему глубокая вещь. Многие слушатели уже говорили мне, что композиция очень выделяется на фоне остального материала, говорили о своем понимании того, что я хотел ей сказать. Я боялся обратной реакции, не хочется чтобы подумали, что я сомневаюсь в своей вере или что-то в этом духе. Песни в духе “End Times”, как я уже говорил, критикуют людей, которые используют религию в целях зарабатывания денег, которые обманывают других, используя их веру. Здесь, в Америке, так много стариков, которые потеряли все свои сбережения «благодаря» этим «проповедникам». “Я работаю на Господа Бога! Мы возьмем твои деньги и накормим голодающих!” Но стоит внимательнее к ним присмотреться, и вы у
Jon Oliva's Pain
видите, что у каждого из этих парней по семь домов, каждый из которых стоит двадцать миллионов долларов. Если бы у тебя был один дом за двадцать миллионов, и ты продал бы остальные шесть, взял деньги и пожертвовал их на нужды бедняков и бездомных, я бы сказал: “Oкей, может, ты и правда делаешь что-то по воле Господа.” Но отбирать обманным путем средства у доверчивых стариков, и в то же время купаться в роскоши, владеть личными самолетами и виллами по всей Америке – это просто омерзительно. Именно поэтому я и написал в песне эти строчки: “Ты пытаешься изо всех сил украсть у людей жизнь.” Именно это они и делают – крадут деньги у стариков, и вместе с ними всю их жизнь. Это очень меня огорчает.

Еще один весьма тривиальный вопрос – почему ты ушел с SPV Records и подписался на AFM? SPV считается более крупным лейблом, и они долгое время работали с Savatage.

Я познакомился с людьми из AFM, когда работал над первым альбомом группы Зака, и они мне очень понравились. SPV занимается делами Savatage, а я хотел выпускать мои новые работы на другом лейбле.

В продолжение темы SPV - несколько лет назад они переиздали многие альбомы Savatage в своей линейке “Nice Price”. Что ты думаешь об этих переизданиях? С одной стороны, в них есть толстые буклеты с комментариями и бонус-треки, но с другой – например, из буклета альбома “The Wake Of Magellan” (1997) исчезли все стихи между песнями…

Я не знаю, я никогда не видел ни одного из этих релизов. (Смеется). У меня есть оригиналы, но я не получал никаких переизданий. Такое происходит, когда ты подписываешь долгосрочный контракт с лейблом, и у них появляется возможность издавать подобные вещи. На самом деле, Savatage мало что выпустили в последние пять или шесть лет, мы не занимались ничем, кроме компилирования видеоматериала для юбилейного DVD в честь 25-летия группы. В остальном, в лагере Savatage не было никакой активности, поскольку мы очень заняты с Trans-Siberian Orchestra, и поэтому лейблы, за неимением других возможностей, переиздают старые альбомы. Я не видел этих релизов, так что ничего не могу про них сказать. Я только надеюсь, что они неплохие.

В недавнем интервью ты сказал, что ненавидишь альбом “Poets And Madmen” (2001). Что же тебе в нем так не нравится?

Мы работали над ним совершенно по-другому, чем над всеми остальными альбомама Savatage. В то же самое время шел процесс написания нового альбома для Trans-Siberian Orchestra, так что мы практически одновременно занимались двумя дисками, а когда происходит подобное, один из проектов непременно пострадает. Нельзя выпустить две работы в одно и то же время и надеяться, что они обе будут одинаково качественны, это просто невозможно. Я чувствовал, что “Poets And Madmen” не получает абсолютно необходимого и должного внимания от ребят. Плюс к этому, Зак ушел из группы за неделю до запланированных сессий по записи вокала, но у нас не было возможности переаранжировать материал, потому что все инструментальные партии уже были записаны. Петь пришлось мне, причем петь композиции, которые были написаны совершенно не в моей тональности, которые мне было неудобно петь. Иначе пришлось бы переписывать заново абсолютно весь альбом. Я совершенно не был доволен таким исходом событий, ведь это первый альбом со мной в роли вокалиста после длительного перерыва, на так вышло, что мне пришлось буквально на ходу петь партии для пяти или шести вещей. Если бы у меня был шанс, я бы спел их совершенно в другой тональности, которая бы больше подошла моему голосу. Так что от записи этого диска я не получил ни грамма удовольствия, хотя там есть несколько отличных композиций. Но просто хороших песен недостаточно, чтобы сам альбом получился хорошим. Все должно быть правильно. Создание альбома похоже на приготовление ужина – нельзя поставить на стол вкуснейший бифштекс, и чтобы все остальное при этом имело привкус дерьма. (Дружный смех). То же самое и с работой над альбомом – отличные песни очень важны, но нужно убедиться в исключительном качестве всех остальных компонентов, иначе эти отличные песни серьезно пострадают. К сожалению, именно так и получилось с доброй половиной “Poets And Madmen”. В оригинале планировалось, что какие-то песни будет петь Зак, а с остальными справлюсь я. Зак должен был играть роль поэта, а я - безумца, для меня были приготовлены более тяжелые треки. Но все планы пошли крахом, когда он решил, что больше не хочет принимать участие в Savatage. В некотором смысле он просто оставил меня на произвол судьбы. Я сделал все, что было в моих силах, я думаю, что это нормальный альбом, но среди всех дисков Savatage – это моя вторая наименее любимая работа, после “Fight For The Rock” (1986).

Ты упомянул о готовящемся к выходу DVD в честь 25-летия Savatage. Не мог бы ты немного рассказать об этом? Когда он появится в продаже, и какие материалы в него войдут?

Я не знаю, он должен был появиться в продаже следующим летом, но этого не произойдет. Теперь мы надеемся на лето 2008 года. Это очень сложный проект, потому что все задействованные в творчестве Savatage люди сейчас являются членами Trans-Siberian Orchestra, который, в свою очередь, сейчас является одной из самых востребованных групп в мире, во всяком случае, в Америке – точно. TSO уже давно стали полноценной и серьезной группой, и мне очень тяжело убедить ребят приостановить свою работу в одном из самых успешных проектов в стране, чтобы записать новый альбом Savatage. Я не буду делать новый диск Savatage за три недели, из которых две мне понадобятся на то, чтобы взять музыкантов за шкирку, быстро записать все партии инструментов и выбросить продукт в продажу. При таком положении дел я лучше не буду делать ничего. Работа над нормальным альбомом Savatage должна протекать шесть или семь месяцев, как это всегда и происходило раньше, все наши лучшие диски были записаны подобным образом. Я не хочу просто сочинить очередной диск Savatage, чтобы все фэны были счастливы, а в результате получился очередной “Fight For The Rock” или “Poets And Madmen”. Это я мог бы сделать совершенно спокойно, я мог назвать свою группу не Jon Oliva’s Pain, а Jon Oliva’s Savatage, но ничего подобного я делать не собираюсь. Когда у остальных появится время заняться творчеством в нормальном режиме, тогда у нас что-то и получится. Когда же именно это случится, я не знаю. Могу только сказать, что в ближайшие пару лет.

А что ты думаешь о перспективе записать концертный DVD с Jon Oliv
Jon Oliva's Pain
a’s Pain?


Такой DVD есть в наших планах. Существуют много видеобутлегов наших выступлений, вы, вероятно, сможете скачать несколько из Сети прямо сейчас. (Смеется). Интернет – это лучшее место, куда можно обратиться, если есть желание увидеть свою любимую группу живьем. Я уверен, что там полно подобных материалов. Что же касается реального DVD – мы планируем его выпуск, возможно, съемки пройдут в ходе следующего турне, чтобы у нас было побольше собственных песен. Я не хочу, чтобы почти все треки на DVD были взяты из творчества Savatage. Но теперь, когда я уже записал два собственных альбома с моими музыкантами, я могу сделать полноценное шоу, где будут исполнены только три или четыре вещи Savatage, а не восемь или девять, как это было раньше. Если все пойдет по плану, мы наверняка снимем какое-нибудь шоу летом следующего года, когда вернемся в Европу.

А какие песни тебе больше всего нравится играть на концертах?

Я люблю играть “Hounds”. Я снова начал исполнять эту композицию в прошлом турне, и она очень хорошо звучит «живьем». Но в целом, это зависит от места, где ты играешь, и от реакции зала. Всегда приятно играть “Gutter Ballet”, потому что фэны знают текст наизусть и по-настоящему сходят с ума во время ее исполнения, так что мы получаем дополнительный прилив энергетики. Особенным моментом каждого шоу всегда будет “Believe”. Я люблю петь “The Dark” с первого альбома Jon Oliva’s Pain. Но все это постоянно меняется. Иногда мне хочется исполнить “Hall Of The Mountain King”, в на другой день играть ее нет никакого желания, потому что я могу чувствовать себя не очень хорошо, а это сложная вещь в плане вокальных партий. Многое зависит от моего самочувствия в определенный день. Сегодня мне нравится играть баллады, а, скажем, завтра, мы можем выступать перед активной публикой, и мне захочется исполнить побольше тяжелых боевиков. Атмосфера на концерте играет чуть ли не решающую роль.

Чьей идеей было объединить концерты Jon Oliva’s Pain и Chris Caffery’s Faces в рамках одного турне? Понравились ли тебе эти выступления?

Это была очередная сумасшедшая идея Криса. Гастроли продолжались всего неделю и были ужасными. (Смеется). Мы назвали их Tragical Misery Tour, потому что все прошло совершенно безобразно. (Смеется). Мы должны были играть в Канаде, но нас не пропустили через границу, потому что некоторые люди в нашей команде были ранее задержаны за различные нарушения закона и употребление наркотиков. Так что нам пришлось развернуться назад у границы с Канадой, мы потеряли возможность отыграть три больших шоу, и все гастроли нас преследовали подобные неурядицы, собственно, это же был Tragical Misery Tour. (Смеется).

Планируешь ли ты продолжить сотрудничество с Крисом в какой-либо форме? Может быть, когда-нибудь выйдет второй альбом проекта Doctor Butcher?

Я не думаю, на это у нас нет времени. Я записал с ним пару треков для переиздания единственного альбома Doctor Butcher несколько лет назад, но сейчас у меня совершенно нет времени на подобные проекты. Trans-Siberian Orchestra отбирает очень много сил, и единственное свободное время, которое у меня есть, я отдаю Jon Oliva’s Pain. Если попытаться втиснуть сюда еще что-то третье – это будет абсолютное профессиональное самоубийство. Я и так буду метаться между этими двумя группами, пока снова не сойду с ума. (Смеется).

Когда нам стоит ожидать выхода нового альбома Trans-Siberian Orchestra?

Весной следующего года, я думаю, где-то в конце мая. Он будет называться “Night Castle,” и этот альбом получился весьма хорошим.

Кстати, что Пол О’Нил думает об альбомах твоей группы?

О, ему очень понравился новый альбом. Он сказал мне, что диск великолепен, и, учитывая характер Пола, я думаю, что это большой комплимент. Пол никогда не тратит слова впустую, очень трудно впечатлить Пола О’Нила, поверьте мне!

Ты скучаешь по совместной работе с Полом в студии, или сейчас тебе вполне комфортно справляться самому?

Я люблю работать с Полом, потому что наш совместный стаж тянется уже много лет, и у нас определенно есть взаимосвязь. Вообще, Пол любит несколько более мягкую музыку, чем я. Он больше увлечен театральной музыкой, в то время как я все еще обожаю рок и хард-рок. Мне комфортно работать одному, но также очень комфортно работать и с ним. Это хорошо, потому что у меня достаточно занятий в моей сольной группе, и достаточно работы с ним над TSO. Я люблю получать лучшее из обоих миров, как когда-то спели Van Halen.

Вообще, это интересно – Savatage родом из Флориды, а Пол живет в Нью-Йорке. Насколько велика разница между вами на ментальном культурном уровне?

Металл есть металл, независимо от того в Нью-Йорке ты или во Флориде. Люди, которые увлекаются тяжелой музыкой, довольно похожи во всех сторонах света. В Европе сейчас, конечно, больше слушателей, чем в Америке. Наша страна – это очень непонятный рынок, я понятия не имею, что же именно людям здесь нравится. Я точно знаю, что им нравится Trans-Siberian Orchestra (смеется), но дела с металлом здесь очень плохи, потому что он уже давно не привлекает былого внимания. В Европе наши релизы сразу попадают в поле зрения прессы и публики, всегда можно быть уверенным, что множество твоих преданных фэнов придут на выступления. Здесь же посещение концерта стало серьезной проблемой, публика не хочет больше ходить на них, потому что удовольствие превращается в настоящее испытание. Цены на билеты перешли все возможные границы, зрители практически не могут ничего выпить в баре, потому что они за рулем, а если выпьешь – то сразу угодишь вместо концертного зала в тюрьму. Если два человека купят себе билеты и немного мерчендайзинга, это обойдется им примерно в 400-500 долларов. Мало кто может позволить себе тратить такие деньги на концерты, когда можно зайти в соседний магазин и купить концертный DVD той же группы за сорок долларов, а потом посмотреть его в своем уютном доме, выпить, сколько в тебя влезет, курить, ну и все в этом духе. Я думаю, это очень сильно вредит индустрии “живых” выступлений в нашей стране.

В прошлом году ты получил премию Lifetime Achievement Award. А какую еще награду ты хотел бы получить? И к каким еще достижениям в жизни ты стремишься?

(Смеется). Ох, я не знаю. Думаю,
Jon Oliva's Pain
было бы неплохо получить Грэмми. Пожалуй, это самая главная награда в области музыкального искусства, может быть, мне удастся ее завоевать за песню для какого-нибудь фильма или что-то вроде этого. Вот это было бы приятно.


Выражаем благодарность Ирине Ивановой (CD-Maximum) за организацию этого интервью.

Вопросы задавали Роман “Maniac” Патрашов, Наталья “Lynx” Хорина
Перевод с английского – Григорий “Starbreaker” Воронцов
13 октября 2006 г.
8 дек 2006
the End


КомментарииСкрыть/показать
просмотров: 2481




/\\Вверх
Реклама на DARKSIDE.ru Рейтинг@Mail.ru

1997-2020 © Russian Darkside e-Zine.    Если вы нашли на этой странице ошибку или есть комментарии и пожелания, то сообщите нам об этом